Двое среди людей

Это — страшная книга. Страшная — оттого, что в ней с поистине ледяной объективностью препарируется история преступления. Это — потрясающая книга. Потрясающая — потому, что в ней, как ни удивительно это звучит, впервые в российской детективной литературе XX века преступник оказывается прежде всего — человеком.